Взгляд на Пушкина не только как на поэта, но как на ПОЛИТИЧЕСКОГО МЫСЛИТЕЛЯ, не характерен для отечественного литературоведения. Поэтому он может показаться необычным.
Однако он глубоко разработан дореволюционными русскими авторами, некоторым из которых в последствии выпало жить и работать в вынужденной эмиграции.
Речь идет о работах таких авторов как Д. Мережковский, В. Розанов, Л. Шестов, М. Гершензон, С. Булгаков, И. Ильин, Г. Федотов, С. Франк и другие.
В их трудах показано, что мировоззрение зрелого (после 1827 г.) Пушкина содержало целостную, глубоко проработанную систему социально-политических взглядов.
На труды этих авторов (по преимуществу философов) я и опираюсь в данном посте.
В том, что именно философы обратили внимание на эту сторону творчества Пушкина, нет ничего необычного.
Так, например, художественные особенности русской иконы, были открыты и проанализированы НЕ искусствоведами, а Е. Н. Трубецким (работа "Умозрение в красках") и П. А. Флоренским (работа "Обратная перспектива" и др.) - философами по своей первоначальной специальности.
Конечно, Пушкин не изложил своих политических взглядов в систематической форме, - в виде отдельного трактата или иного произведения.
Они "разбросаны" в его поэтических творениях, в заметках, письмах и др.
Но ведь и Достоевский не изложил своей философии в виде отдельного трактата.
Однако вряд ли кто сегодня станет отрицать то, что Достоевский был не просто литератором, и даже не только великим писателем, но и выдающимся философом.
В поэме "Медный всадник" знаменитый памятник Петру, служит Пушкину образом-символом государственной власти вообще. Конечно, это уже не реальный царь Петр, а поэтическая метафора, символизирующая власть, прежде всего, власть государственную.
Металлический истукан всюду преследует Евгения. Пушкин подчеркивает черты трагичности ситуации.
Суть этой трагичности - в противоречии государственной власти и личности.
С одной стороны, без государственной власти не обойтись. Только она способна упорядочить общественную жизнь, без нее не возможно право - право есть атрибут государства, без государства право не возможно, не возможен, следовательно, и правопорядок.
Но с другой стороны, государственной власти присуща тенденция к тоталитарности, к подавлению личности. Говоря словами русского философа о. С. Булгакова, - " у власти есть звериное лицо".
Эта же сторона государства как власти, ранее подмечена Т. Гоббсом. По Гоббсу - государство есть Левиафан - страшное чудовище древней мифологии.
К слову, та же идея относительно власти в стихотворении Пушкина "Анчар"
Евгений мечется по Петербургу, пытаясь найти спасение от повсюду грозно преследующего его медного истукана. По все попытки его тщетны.
Как же можно истолковать трагическую коллизию поэмы "Медный всадник"?
Конечно, это коллизия не одной какой-то формы государства, не одного исторического периода. Поэма фиксирует и поэтически заостряет "вечную" проблему. Каким бы ни было государство - монархическим, демократическим и т. п. в своем земном обличье оно ВСЕГДА содержит тенденцию к подавлению личности.
Но перед нами противоречие (в этом собственно и трагизм). Государство нужно и важно, поскольку только оно способно защитить личность от произвола и криминала. Но оно же способно и подавлять личность.
Пушкин считает эту коллизию вечной. Поэтому он в зрелые годы (после приблизительно 1827) не помышляет так усовершенствовать государство, чтобы оно стало идеальным в смысле "демократическим", "народным" и не поддерживает таких попыток.
Более того, он был убежден, что осуществление их на практике приведет к катастрофе полного разрушения государства. Пушкин зрелого периода НЕ верил в реалистичность революционно-демократических замыслов, в их серьезность.
"Не дорого ценю я громкие права…" (стихотворение "Из Пиндемонте").
Или, например, строки из отрывков 10-ой главы "Евгения Онегина", в которых нельзя не усмотреть прямого намека на декабристов:
"Все это были разговоры, и не входила глубоко в сердца мятежная наука. Все это было только скука, безделье молодых умов, забавы взрослых шалунов".
Пушкин не выступал даже против государственной цензуры.
Политическое мировоззрение Пушкина в зрелый период можно охарактеризовать, ВО-ПЕРВЫХ, как ЛИБЕРАЛИЗМ. Пушкин НЕ демократ. Он либерал.
Это значит, что первостепенное значение для него имеет принцип ДУХОВНОЙ НЕЗАВИСИМОСТИ ЛИЧНОСТИ, недопустимость ВМЕШАТЕЛЬСТВА государства в личную жизнь, в духовный мир личности.
Недопустимым он считает и вмешательство государства в творчество.
Пушкина глубоко ранило, например, указание Николая I переделать драму "Борис Годунов" в исторический роман в стиле Вальтера Скотта, по той причине, что оно грубо нарушало принцип свободы творчества.
(Отнюдь не потому, что Николай I не разбирался в литературе - как некоторые могут подумать, - хотя, возможно, царь действительно не понимал поэзию)
Важнейшим для него является требование духовной независимости личности, нестесненности духовной жизни и творчества.
"Это требование, - отмечает С. Франк, - ближайшим образом относящееся к сфере духовной жизни и эстетического творчества, разрастается у Пушкина в общее принципиальное утверждение независимости личности в частной жизни" (Франк С. Пушкин в русской философской критике. - С.415.)
Но Пушкин видел опасность для духовной независимости личности не только со стороны государства. Существует и опасность СО СТОРОНЫ ТОЛПЫ, массы. В массе господствуют усредненные стереотипы, поэтому она враждебна всему творческому, оригинальному.
Находясь в толпе, в массе, человек утрачивает личностное начало. Толпа всех "причесывает под одну гребенку".
Она отключает самостоятельную мысль личности. Толпа эмоциональна и легко становится агрессивной.
Тема "поэт и власть", "поэт и толпа" являются для Пушкина выражением извечного противостояния и, в то же время, неразрывности личности и государства, противостояния личности и толпы. Они являются в его творчестве одними из центральных. Приведу известное стихотворение.
Ты царь: живи один. Дорогою свободной
Иди, куда влечет тебя свободный ум,
Усовершенствуя плоды любимых дум,
Не требуя наград за подвиг благородный.
Они в самом тебе. Ты сам свой высший суд;
Всех строже оценить умеешь ты свой труд.
Ты им доволен ли, взыскательный художник?
Доволен? Так пусть толпа его бранит
И плюет на алтарь, где твой огонь горит,
И в детской резвости колышет твой треножник.
Понимая необходимость социальных и политических перемен перемен, Пушкин резко отрицательно относился к революционному способу их осуществления.
В письме к Дельвигу Пушкин замечал, что он "никогда не проповедывал ни возмущений, ни революций" (Дельвигу, февраль 1826.).
В письме к Вяземскому он подчеркивал: "Бунт и революция мне никогда не нравились" (Вяземскому, июнь 1826.).
В записках "Мысли на дороге" Пушкин писал:
"Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от одного улучшения нравов, без насильственных потрясений политических, страшных для человечества".
Убежденность в необходимости общественных изменений, и в то же время, признание плодотворным только их плавности и постепенности, является одним важнейших для мировоззрения зрелого Пушкина.
Это отличает его консерватизм от консерватизма таких, например, деятелей как Катков, или в более позднее время - Победоносцев. С строгом смысле, консерватизм, представленный в русской истории Катковым, Победоносцевым и др. следовало бы характеризовать как слепое ОХРАНИТЕЛЬСТВО - сохранение существующих общественных порядков, отказ от всяких социально-политических изменений.
Пушкинский же консерватизм близок к идеологии британского консерватизма, а также европейской христианской демократии.
Мотив противопоставления поэта, мыслителя, художника - толпе, "черни", - является одним из сквозных мотивов поэзии Пушкина. Дополненный мотивом противостояния "сильным мира сего", власти, он выступает в виде тезиса о духовной независимости познания и творчества - важнейшего для мировоззрения Пушкина.
В отличие от ряда представителей русской мысли более позднего периода, Пушкин хорошо понимал, что опасность для свободы мысли может проистекать не только со стороны власти, но и со стороны народа, со стороны господствующих в массе усредненных представлений и ценностей.
При этом, такие усредненные представления могут опускаться до самого низкого уровня пошлости и нигилизма.
Заботясь о благе народа, нужно иметь мужество не приноравливать свое творчество к количественно преобладающим в его среде воззрениям.
Из правильного тезиса о необходимости защиты интересов народа, из сочувствия к "униженным и оскорбленным" немалая часть русской интеллигенции неправомерно сделала вывод о совершенной правоте народа во всех вопросах, в том числе и тех, которые требуют для своего разрешения соответствующей подготовки, знаний, квалификации, высокого уровня культуры. Такой взгляд был охарактеризован в сборнике "Вехи" как "народопоклонство".
Идеализацию народных воззрений и народной жизни в последствии использовали большевики, "именем народа" уничтожавшие и запрещавшие все, что не укладывалось в рамки усредненных представлений и, было непонятно массе.
Таким образом, политическое мировоззрение Пушкина правомерно характеризовать как либерализм и умеренный консерватизм
"Вернуться к Пушкину" означало бы вернуться к здоровым чувствам и здоровым мыслям, отказаться, наконец, от горячечного активизма как левого, так и правого толка, излечиться от революционных неврозов, обрести твердую ясность духа.